Бонжур, камарад!

Фото: Бонжур, камарад! / Социум

Азербайджан, Баку, 8 мая /корр.TrendLife Ширин Манафов/

"Военный крест" выдавали Ахмедие, только когда он выезжал заграницу. Самый почетный боевой французский орден долгие годы находился в Москве, в Музее боевой славы. О герое французского Сопротивления Ахмедие Джабраилове написано несколько книг, во Франции о нем снят двухсерийный художественный фильм, несколько документальных фильмов снято у нас в стране. У него пять боевых французских наград, "Военный крест" среди них - самая почетная. После вручения ее в сорок пятом году Морис Терез сказал своему другу, "Теперь ты важная птица, имеешь право на парадах во Франции идти впереди генералов". Этим правом Ахмедия, сын Микаила, или Армед Мишель, как называли его в партизанском отряде, не воспользовался ни разу.

Комендант

В сорок втором узник под номером 4167 бежал из концлагеря под Марселем и вступил в ряды Сопротивления. Светлорусый голубоглазый паренек, быстро изучивший французский и немецкий, оказался талантливым и везучим разведчиком. Имя Армеда Мишеля стало легендарным среди французских маки - он в форме немецкого капитана возглавил операцию партизан по спасению пятисот детей участников Сопротивления, вывозимых в Германию. Дети были спасены, а сам он, раненный подобран немецким патрулем в поле через сутки после успешно проведенной операции. Спасла немецкая форма и документы офицера, Ахмедию направили на излечение в немецкий госпиталь. Выписался и за проявленный героизм во время налета на поезд партизан Ахмедия был назначен ... комендантом немецкого гарнизона городка Альби, что неподалеку от Тулузы. Немецким комендантом французского города Ахмедия Джабраилов, окончивший в сороковом году сельхозтехникум в Шеки, пробыл восемь месяцев. Он пользовался авторитетом среди начальства и подчиненных. За его деятельностью на посту немецкого коменданта пристально следило руководство французского Сопротивления во главе с генералом де Голлем. В его руках - десятки нитей, ведущих в концлагеря и партизанское подполье. Большими партиями по требованию коменданта Альби из концлагерей вывозились военнопленные для ремонта городских дорог, многие из них бежали в леса. Приходилось коменданту наказывать нерадивых охранников и ехать в концлагерь за новой партией военнопленных. Заслуги Ахмедия Джабраилова перед французским Сопротивлением на посту коменданта немецкого гарнизона Альби были так высоки, что вызывали восхищение генерала де Голля. Но нельзя было так долго испытывать терпение немцев и, выпустив на свободу очередную партию пленных советских солдат, Ахмедия бежал к партизанам.

Париж

Кончилась война. Армед Мишель работает в канцелярии президента Французской республики де Голля. Женат на француженке, у них два сына, прекрасная квартира в Париже. Ахмедия – Армед Мишель один из самых уважаемых членов Союза ветеранов Сопротивления. Это опора президента, его гвардия, избранные. Так же, как и Армед, его боевые друзья на солидных должностях. По сути, правящая партия Франции. Жизнь прекрасна, Армеду всего двадцать семь лет, он легенда Сопротивления, он облечен доверием генерала де Голля, он - элита Франции. В Дижоне есть государственное автопредприятие, названное в его честь. И вдруг в 1951 году Армед Мишель решает вновь стать Ахмедией Джабраиловым и вернуться в родное село Охуд, что в пяти километрах от Шеки. Уговоры друзей и официальных лиц не помогают. Американцы предлагают работу и гражданство Соединенных Штатов - этот "сопротивленец"- прирожденный разведчик. Французское правительство предлагает ему тот самый дижонский завод во владение – все бесполезно. На прощание генерал де Голль вручает боевому соратнику почетный билет - разрешение на бесплатный проезд на все виды транспорта на территории Франции. Это была привилегия, которой во Франции пользовался только один человек - президент республики. Не отговаривал, мы живем в свободной стране, но необычный подарок означал - ты можешь вернуться в любой момент.

Как родина приняла героя

Армед Мишель приехал в родное село, стал работать агрономом, женился, его стали звать как прежде - Ахмедия. В его жизни наступил период, о котором никто никогда не писал и сам Ахмедия очень не любил об этом рассказывать. Нет, его не посадили в лагерь для советских солдат, попавших в немецкий плен и ставших участниками Сопротивления. Майор Заидов, начальник бериевской службы в Шеки, орал на Ахмедию: "Кто такие для меня Морис Терез, Жак Дюкло?". Почему ты на фото разгуливаешь в немецкой форме. Ах, ты к тому же еще был комендантом гитлеровского гарнизона…".

У Ахмедии отняли все документы, медали. Дело шло к аресту. Вышел приказ из райкома партии - бывшего агронома А.Джабраилова использовать только на подсобных работах. Хотя специалистов агрономов было не более десятка на весь район. И стал национальный герой Франции чабаном в селе Охуд. Что-то все- таки мешало упечь, сгноить в сибирских лагерях. Возможно, смущал документ о том, что немецкое командование предлагало за его поимку десять тысяч марок. Может быть награды, среди которых был легендарный "Военный крест". Ни один из советских генералов и маршалов не имел французского ордена такого ранга. Кроме Г.К. Жукова.

Хрущев

Прошли годы, вдруг - вызов в Москву. Совет ветеранов Франции передает в дар Армед Мишелю большую сумму денег. Случай необычный, исключительный. Его приглашают на прием к Н.С.Хрущеву. На приеме Ахмедия сказал первому секретарю ЦК: "Денег не возьму, у меня все есть. Отошлите обратно".

Не хотел пересудов: мол, нашему Ахмедие французские миллионеры, его друзья - приятели, прислали большие деньги. А может обида жгла? Равному среди "сопротивленцев", и вдруг - подачку. Родина не ценит, а чужие помнят. Но чужие ли?

Сумма была значительной, и прижимистый Никита Сергеевич предложил такой вариант: Ахмедия перечисляет всю сумму в пользу советского фонда мира. Разумеется, об этом будет сообщено Совету ветеранов Франции.

Только после высокой аудиенции в Москве, в Баку к нему проявляют интерес.

- Хотите квартиру в центре? Путевку в санаторий ЦК?

Ахмедия потребовал другое - вернуть память. Ему вернули все медали, ордена, документы и фотографии. Ахмедия отстоял право не скрывать, что Армед Мишель, сотрудник канцелярии президента Франции и агроном Ахмедия - один и тот же человек. Шекинцы отреагировали в своем амплуа - после той история с Хрущевым его прозвали Деголь - Ахмедия, а младшие по возрасту Деголь-муаллим. В колхозе его даже повысили, сделали бригадиром, но жилось по-прежнему трудно, голодно.

И вновь Москва, Кремль

В 1966 году вновь вызвали в Москву. Причина была серьезной: за некоторое время до начала визита в СССР генерал де Голль изъявил желание, чтобы среди встречавших в аэропорту был его боевой друг - Армед Мишель. Вновь аудиенция у Н. Хрущева. С соратником высокого гостя провели беседу, полную доброжелательства и предложили такое, что у Ахмедия дыбом встали его рано поседевшие волосы. Генерал мог захотеть посетить дом своего боевого друга в селе Охуд, в связи с этим предлагалось снести дома соседей, а их участки присоединить к его участку. Ему надо только дать согласие и за двадцать четыре часа половина села будет переселена высоко в горы. Получилось вполне благопристойно: герой Сопротивления - ныне преуспевающий советский фермер. Сад, собственный трактор, небольшое молочное стадо, своя маслобойня... И все за 24 часа.

Ахмедия категорически отказался от унизительного предложения.

В высоких кабинетах был заново переписан сценарий приема генерала - никаких потемкинских деревень, у нас масса проблем и, если честно, как солдат солдату, СССР переживает сложный период. Но все-таки Ахмедие порекомендовали сказать ради общего дела маленькую ложь. Если генерал спросит вас, как дела, то вы ответьте - я председатель колхоза. Кстати, стоит вам только захотеть - мы сейчас же звоним в Баку.

Генерал ничего не спросил про молочных коровок - он был тактичным человеком. Он сошел с трапа, церемонно поздоровался с Хрущевым, другими официальными лицами, увидел Армеда Мишеля, и друзья обнялись. Только после визита генерала де Голля Ахмедия позволил себе то, о чем мечтал все эти годы - возобновил связь со своей первой семьей в Париже, с боевыми друзьями. К нему часто приезжали друзья из Франции, дети и друзья друзей. Он возил их по городам республики и многие задавали ему вопрос - почему он сюда вернулся. Из Парижа ведь не уезжают.

- La fortune est une franche courtisane (фортуна - настоящая куртизанка), - улыбался шекинский француз.

Не удивительно, что когда Ахмедия умер, в Шеки был трехдневный траур.

Связаться с автором статьи можно по адресу agency@trend.az

Присоединяйтесь к нам в Twitter @www_Trend_Az

Фотоматериалы к статье: