День рождения Муслима Магомаева: "Не жди, не бойся, не проси!" (фотосессия)

День рождения Муслима Магомаева: "Не жди, не бойся, не проси!" (фотосессия)

Азербайджан, Баку, 16 августа /корр. Trend Life Вугар Иманов/

17 августа исполнилось бы 68 лет выдающемуся азербайджанскому певцу и композитору, народному артисту СССР, Королю советской эстрады Муслиму Магомаеву. Во вступлении своей автобиографической книги "Любовь моя - мелодия" Муслим Магомаев пишет:

"Я горжусь своей родиной и люблю ее. И пусть такое вступление к книге воспоминаний сочтут несколько пафосным, но это так. И всю жизнь я раздваивался в этой своей любви: говорил, что Азербайджан - мой отец, а Россия - мать. Появившись на свет, получив хорошее образование, сделав первые шаги в своей профессии на прекрасной земле, земле великих Низами, Хагани, Вургуна, Гаджибекова, Бюль-Бюля, Ниязи, Караева, Бейбутова, Амирова - список можно продолжать, - я очень молодым приехал в Москву. И она вмиг сделала меня из­вестным всему Советскому Союзу, открыла передо мной огромные горизонты, окружила любовью.

Сейчас я живу в Москве, но  всегда помню и наш бакинский двор, и бульвар на берегу теплого Каспия... Я часто при­езжаю в свой Баку как на святую для меня землю. Для ба­кинцев их город - это не место рождения, это нечто большее. Бакинец - это особый характер, индивидуаль­ность, особый стиль жизни. Разбросанные теперь, в силу разных жизненных обстоятельств, по многим странам, бакинцы, люди разных национальностей, стараются и там общаться между собой и по возможности хоть на не­сколько дней возвращаются в родной город.

Работая над книгой в Москве, я мысленно постоянно переносился в свои детство, юность, которые прошли в Азербайджане, вспоминал своих учителей, друзей и всех

тех, кто так или иначе помог мне стать тем, кем я стал. Помог своим вниманием, добротой, своей дружбой, под­держкой и просто тем, что они были в моей жизни.

Впрочем, главная наша книга не на бумаге, а в нас са­мих. Как прекрасно сказал замечательный поэт Роберт Рождественский:

Живут во мне воспоминания;

Пока я помню - я живу..."

 Муслим Магомаев любил повторять: "Мне всю жизнь улыбалась судьба"...25 октября 2008 года от сердечного приступа на 66-м году жизни скончался величайший певец советской эпохи. Свое последнее интервью муслим Магомаев дал "Бульвару Гордона" (www.bulvar.com.ua, автор Дмитрий Гордон)

Белый рояль и белоснежный смокинг, черные с поволокой глаза, завораживающий, проникающий, кажется, в каждую клеточку баритон... С эстрады, где он безраздельно царил с 1963 года, Муслим Магомаев ушел тихо, по-английски, наотрез отказавшись от закладки именной звезды перед киноконцертным залом "Россия" и пышных проводов. Сдержал-таки данное им в 19 лет в первом интервью журналу "Огонек" обещание при первой же "качке" голоса оставить сцену...

Когда-то фотографиями Магомаева советские девушки оклеивали стены своих комнат вместо обоев, а признаниями в любви к нему были исписаны подъезды, лифты и даже заборы... Его обожали генеральные секретари и министры, а всесильные секретари обкомов по часу дожидались в коридорах гостиниц, когда он проснется. Мальчику, как окрестила его легендарная Фурцева, прощали все: неуправляемость, буржуазный галстук-бабочку, пение с высоких трибун темы из "Крестного отца" и прочих идеологически чуждых шлягеров, отсутствие партбилета и наличие родственников за границей...

Магомаева называли баловнем судьбы, секс-символом и "господином Нет" - за категорическое нежелание делать то, чего он не хотел. Что ж, великий артист знал себе цену. "В моем горле - целое состояние", - говорил он, и действительно: при хозяйском отношении оно могло принести СССР не меньше конвертируемой валюты, чем скважины на Бакинских нефтяных промыслах. Достаточно сказать, что за четыре магомаевских сольника в Краснодаре местная филармония выручила четыре миллиона рублей и смогла выплатить полугодовую зарплату симфоническому оркестру, а шесть его концертов в Ростове позволили сшить новые костюмы Ансамблю кубанских казаков...

При этом сам певец миллионером, как многим казалось, не был. Во-первых, с артистом, который свои официальные гонорары сравнивал с пособием по безработице, государство делилось денежками неохотно, а во-вторых, для друзей и коллег Муслиму ничего не было жалко. По словам близких, его номер, где повсюду валялись деньги, никогда не запирался, и те же музыканты могли в любое время зайти, чтобы взять в долг (который никогда, как правило, не возвращали).

Сегодня магомаевские "винилы", расходившиеся в свое время многомиллионными тиражами, стали раритетом и выставлены на интернет-аукционах в качестве лотов, а на два "Золотых диска", полученных на Международных конкурсах грамзаписи в Каннах (равно как и на доходы от пластинок), наложила тяжелую длань фирма "Мелодия". За то, что в лучшие годы маэстро давал за 130 дней гастролей по 140 концертов, ему щедро вручали ордена, а вот пенсии в России он так и не заработал (мало того, и прописку получил совсем недавно, поскольку все эти годы жил в Москве как бакинец, женатый на москвичке). Еще неизвестно, как бы Муслим Магометович выживал в последние годы, если бы покойный президент Азербайджана Гейдар Алиев не назначил ему и его жене Тамаре так называемую государственную помощь, а следующий президент - сын Гейдара Алиевича Ильхам - не продолжал бы ее выплачивать. Сумма, по словам Магомаева, была невелика, но куда больше пенсии солиста Большого театра.

В последнее время народный артист СССР жил настоящим затворником: ни в свет на тусовки-банкеты, ни в магазин за продуктами не выходил, даже одежду ему привозили на дом. В шесть утра он закуривал сигарету (первую из трех ежедневных пачек) и садился за ноутбук. Его окно в мир - персональный сайт в интернете, куда в день заходит до сотни поклонников. Правда, певец принципиально "не замечал" вопросов, ответы на которые, как ему кажется, можно найти в его книге "Любовь моя - мелодия".

Вживую он общался лишь с узким кругом друзей, которых давно знал, и никуда дальше Подмосковья, где у него дача, не ездил. Наверное, это естественная реакция на оглушительную славу, обрушившуюся на него в 21 год. Как мрамор, из которого изваяны скульптуры святых в Ватикане, стирается от поцелуев верующих, так, видимо, истончилась от миллионов восторженных взглядов и жадных прикосновений его кожа.

Даже на похороны своего многолетнего покровителя Гейдара Алиева Магомаев не прилетел, сославшись на проблемы со здоровьем. Кто-то из обывателей не преминул этим Муслима Магометовича попрекнуть, но не им, я уверен, его судить. Чтобы понять, как мучительна для моего собеседника малейшая фальшь, надо обладать его абсолютным слухом, а чтобы почувствовать его боль, надо иметь такое же открытое сердце.

Муслима Магомаева, которому в августе исполнилось 66 лет, нельзя было услышать даже на корпоративных вечеринках. Он, улыбаясь, отшучивался: "Хочу, чтобы меня запомнили поющим, а не хрипящим"... Слава Богу, меломанам остались его немногочисленные телевизионные записи, пластинки и диски, на одном из которых прославленный баритон написал: "Раньше певцы хотели быть звездами, а теперь звезды хотят стать певцами".


"СОБЛАЗНА ОСТАНОВИТЬСЯ И СКАЗАТЬ: "Я УЖЕ ВСЕГО ДОСТИГ!" - У МЕНЯ НЕ БЫЛО"

- Однажды Иосиф Кобзон спросил меня: "А ты знаешь, кто был самым популярным в Союзе эстрадным артистом? Думаешь, Пугачева? Как бы не так - такой славы, как у Муслима, не было ни у кого". Да и покойный Юрий Богатиков, произнося ваше имя, всегда восхищенно поднимал кверху глаза: "Муслим - это сила!". Говорят, что в Одессе поклонники как-то подняли весь в помаде от поцелуев автомобиль, в котором вы находились, и несли на руках от концертного зала до гостиницы "Красная" три километра...

- (Смеется). Помада была, но нести автомобиль несколько километров никаким поклонникам не под силу, к тому же случилось это здесь, в Москве. Подали машину, Юрий Васильевич Силантьев (знаменитый художественный руководитель и главный дирижер эстрадно-симфонического оркестра Всесоюзного радио и Центрального телевидения. - Д. Г.) с женой и ребенком, тогда еще маленьким, сел сзади, я - спереди. Мы собирались уже удирать...

- ...как обычно!..
- ...и вдруг подходит группа парней... Окружили, и кто-то подал идею: "Поднимайте его!"... Когда огромный открытый ЗИС, на котором мы выезжали на стадион, взмыл в воздух, закричал Силантьев, завопила его жена Ольга... Ребята пронесли машину метров, наверное, пять, а крик все усиливался, и решили они не искушать судьбу. Хорошо еще, не бросили автомобиль, а каким-то образом умудрились аккуратно поставить на землю. Такой факт действительно был - это потом уже все обросло фантастическими подробностями...

- Человек менее воспитанный и интеллигентный от такой славы, не исключаю, сошел бы с ума. Вас, к счастью, Бог миловал...
- Понимаете, Дима, во-первых, я никогда в жизни не лгу (тем более когда дело касается меня), а во-вторых, всегда равнялся на великих певцов. Планка была высокой, поэтому соблазна остановиться и сказать: "Я уже всего достиг!" - у меня не было.
Недосягаемая вершина, к которой стремился, оставалась непокоренной: ну, скажем, я понял, что никогда не буду петь, как Тито Гобби, - поэтому и "соскочил" быстро с оперы. Сами судите: на оперной сцене максимум минут 20 находишься, а этого мне было мало, к тому же одно и то же поешь, мизансцены тютелька в тютельку повторяются, что бы себе не придумывал. В сущности я ведь импровизатор: сегодня мне хочется песню спеть так, а завтра эдак, а в опере это непозволительно - партию ты должен исполнить так, как задумал автор.

- Плюс костюмы - тяжелые, сковывающие движение...

- Не обязательно. Камзол Фигаро довольно удобный, хотя Скарпиа - потяжелее. Ну все равно... На эстраде я мог импровизировать, предлагать композитору свою трактовку.

- Вот интересно: вы ощущали себя советской суперзвездой номер один?
- Если честно, меня не волновало, суперзвезда - не супер: я видел, что люди меня любят, и совершенно никому не завидовал.

- Просто некому было!
- Видимо, да - в славе у меня соперников не наблюдалось. Я вообще ни к кому черной зависти не испытывал - разве что белую: "Ой, до чего красивые у этого певца высокие ноты! У меня так не получится - Бог не дал, но зато щедро одарил многим другим".

- Роскошным голосом, тембром, высоким ростом, яркой внешностью, темпераментом - всем, что для успеха необходимо...
- Ну, в общем-то, да...

- Чем же вы объясняете свою феноменальную популярность? Что это за наваждение было?
- Главное, что это было, поэтому наотрез отказывался участвовать в телепрограмме под названием "Это было, было..." - ужасно ее не любил. В Америке почему-то, когда говорят о Фрэнке Синатре, так передачу не называют...

- В Америке и президента, сложившего полномочия, не зовут бывшим и не дают ему оскорбительную приставку "экс-"...
- Сейчас телевизионщики новую программу сделали - я ее даже смотреть не хочу! Вытащили нескольких певцов, популярных лет 20 назад, и снова показывают их: было, мол, и прошло...

- Жалкое зрелище!
- Ну зачем так? Зачем? Не надо ставить клеймо: "Это было" - если они в хорошей форме, прекрасно выглядят, пусть себе поют на здоровье.

"НИКОГДА В ЖИЗНИ ДЕНЬГИ С БАЛКОНА Я НЕ ШВЫРЯЛ"

- Маленький эпизод из детства... Застолье по случаю какого-то праздника шло своим чередом, черно-белое телевидение транслировало концерт из Колонного зала Дома Союзов, как вдруг... Ведущая Светлана Моргунова объявила: "Поет Муслим Магомаев!", и телевизор, мне показалось, подпрыгнул от оглушительного женского крика и визга... Точно такой же вопль восторга раздался по эту сторону экрана: дамы вскочили и окружили волшебный ящик, силясь поцеловать изображение... Как вы, живой человек, переносили этот безумный ажиотаж?
- Слушая ваш рассказ, я вспомнил смешную историю. После очередного сольника, который транслировался по телевидению, меня пригласил мой друг поэт Анатолий Горохов: дескать, как выступишь, садись в машину и едь ко мне. В лифте, видимо, я не ту кнопку нажал и в результате не на том этаже вышел. Позвонил (тогда звонки у всех были стандартные) и слышу доносящийся из квартиры голос: "А вот и Магомаев пожаловал". Открывается дверь, гляжу - в проеме незнакомое женское лицо.

"Вы к кому?" - спрашивает женщина, чуть не падая в обморок. "К Горохову", - а она слабеющим голосом: "Он этажом выше". Поднимаюсь наверх: "Слушай, попал не туда, соседку твою до смерти напугал"... Потом уже она Толе все объяснила. "Мне, - сказала, - показалось, что схожу с ума. Только что мы видели Магомаева на экране, восхищались, как здорово он поет, и тут он звонит в дверь. Естественно, я решила, что пора в сумасшедший дом".

- Женщины пытались к вам прикоснуться, рвали на вас одежду?

- Ну да.

- И от неистовых поклонниц вы тоже спасались бегством?
- У меня были свои методы. Это сейчас повсеместно секьюрити - только и слышишь: охрана, охрана, а тогда никаких телохранителей не было, и мы вполне без них обходились. Через тайные выходы, спокойненько... Хотя иногда со второго этажа приходилось прыгать...

- Да вы что?
- Ну конечно. Когда в Ялте мы с дирижером Ниязи выступали, толпа окружила зал - ну не получается выйти, и все тут. Я предложил выбираться через окно моей гримуборной. До земли было метра три с половиной, внизу газон... "В крайнем случае, - говорю, - упадем на травку". Без промедления я сиганул вниз, за мной - помощник, и вместе мы Ниязи поддержали - он легенький был. Так и сбежали...
Я наловчился... Если концерт проходил во Дворце спорта - прямо внутрь загонялась машина, если на стадионе - на автомобиле делали круг - и фьють! Один раз, правда, нас окружили: с одной с трибуны вдруг бросилась публика, с другой, с третьей, и мы оказались в кольце. Ну ничего - обошлось...

- Говорят, залы, в которых вы выступали, патрулировала конная милиция...
- Не во всех городах, но в общем-то, да.

- Прекрасный поэт Роберт Рождественский - автор замечательных песен, которые вы исполняли, - однажды сказал: "Я присутствовал на многих концертах, в которых пел Муслим Магомаев, и ни разу не было случая, чтобы ведущий успевал назвать его имя и фамилию полностью. Обычно сразу же после слова "Муслим" раздавались такие овации, что, несмотря на самые мощные динамики и все старания ведущего, фамилия "Магомаев" безнадежно тонула в восторженном грохоте"...

- (Ностальгически). Было, чего уж там...

- Вы представляетесь мне очень свободным, поскольку всю жизнь делали все, что хотели, и поступали так, как подсказывало сердце. Это правда, что, если чувствовали себя не в голосе или в плохом настроении, запросто отменяли концерт?
- Да. К сожалению, я не мог петь, когда что-то неблагополучно, мне было не по себе от мысли, что зрители зря купили билет и не получат того, что хотели... Конечно, можно заставить себя в плохом состоянии выйти, больным, и что-то такое изобразить, но...

- ...себя не обманешь...
- ...люди же чувствуют сразу. Я это заметил, когда пару раз на каких-то сборных концертах, где у меня были два-три номера, приходилось петь нездоровым.

- Все тот же Юрий Богатиков считал вас человеком необычайно широкой души, но, - говорил он, - по молодости лет, как все таланливые восточные люди, Муслим иногда фордыбачил. За кружку пива, например, обязательно расплачивался зеленой пятидесятирублевкой, а еще мог выйти на балкон, вытащить пачку сторублевок и разбрасывать купюры, любуясь, как красиво они падают на асфальт, кружась, словно листья...
- Каких только легенд я о себе не слышал! Поверьте, никогда в жизни не швырял деньги с балкона - после этого меня бы наверняка вызвали в ЦК и выдали бы по первое число. Кому это тогда нужно было? Вот петь с балкона по просьбе трудящихся приходилось - и в Кишиневе, по-моему, и в Одессе. Людям мой голос был нужен, а не бумажки...

"ГАСТРОЛИРУЯ ПО СОЮЗУ, Я СНИМАЛ БОЛЬШОЙ ЛЮКС ИЗ ПЯТИ КОМНАТ, ГДЕ ПРИНИМАЛ ПОРОЙ ПО ПОЛСОТНИ ЧЕЛОВЕК ЕЖЕДНЕВНО"

- Зарабатывали вы очень много, однако деньги у вас, человека по-восточному щедрого, уплывали сквозь пальцы. Любили, я слышал, шумные застолья устраивать - в ваших гостиничных люксах всегда стояли накрытые столы, и после концертов туда набивалось по 40-50 гостей. Вы что же, действительно такую ораву кормили-поили или это актерские байки?

- Нет, правда.
- С каким-то, по-моему, сожалением вы это произнесли, даже с грустью...
- Это я все к тому, что ни к чему мне было деньги с балкона разбрасывать, а что компанию обожал и не любил один завтракать, обедать и ужинать - так это по молодости. До женитьбы на Тамаре Ильиничне я снимал в гостинице "Россия" большой люкс из пяти комнат, где принимал порой по полсотни человек ежедневно. Как можно было в таких условиях деньги сберечь? Конечно, они уплывали. Может, это подразумевалось под словом "разбрасывал" - не знаю, но гости приходили ко мне всегда с удовольствием. Это потом, когда слава чуть поутихла, число друзей, прямо скажем, поубавились, причем очень быстро...

- Ваш концертмейстер Чингиз Садыхов рассказывал, что, поскольку деньги совершенно у вас не держались, он просто забирал их себе на хранение и вам до конца гастролей не отдавал...
- Прятал (смеется), но, несмотря на эти его хитрости, все равно раздавать умудрялся.

- Садыков, в частности, утверждал, что, мечтая купить машину, вы заработали однажды на Дальнем Востоке 20 тысяч рублей. Удалось тогда обзавестись личным транспортом?
- Нет, нет! Приехав в Москву, поселился я в "Метрополе" (это был самый дорогой отель), выбрал номер получше, и быстро истратил все на друзей, на приемы, подарки, которые очень люблю делать. Это не купечество было, не мотовство...

- ...а потребность души - правда?
- Конечно. Я до сих пор не складываю деньги в кубышку, хотя сейчас концертов уже не даю и, соответственно, не зарабатываю, - живу на то, что было, есть и, может, когда-нибудь будет... Привычка не ограничивать себя в тратах осталась (у меня, например, два компьютера, но, если захочу, и третий куплю), и дорогие подарки по-прежнему делаю: за последнее время компьютера три раздал втихаря.

- Я и сам был свидетелем того, как вы облагодетельствовали студентку консерватории из Киева. Позвонили мне и сказали: "Девочка переписывается со мной по интернету - можно ли купить и завезти ей компьютер?". Я спросил: "Какой, подешевле?", и услышал в ответ: "Да нет, самый лучший"...
- Правильно.

- Меня, если честно, такая щедрость сразила...
- Но это же не для показухи! Просто, доставляя кому-то радость, я и сам получаю от этого удовольствие, поэтому мне особенно отвратительны люди, которые за все добро, что я им в жизни делал, отплатили, в конце концов, злом.

- Не переживайте, Муслим Магометович, это уже не ваши проблемы...
- Проблемы-то их, но, к сожалению, мне часто приходится об этом думать. Слава Богу, что таких неблагодарных немного.

- Мне, признаться, очень смешно читать в газетах и слышать по телевизору, как современные так называемые звезды - без голосов, таланта и репертуара - хвастают, каким автопарком владеют: и "бентли" стоит у них в гараже, и "мерседес" последней модели, и "феррари"... Вот интересно, какие автомобили были у вас?
- Началась моя автолюбительская биография, по-моему, с "волги" - даже не помню, какой...

- ...почин обнадеживающий...

- ...а потом я перешел на что-то зарубежное - вспомнил: купил "фиат". Мне, правда, он не понравился - слишком мал для меня был, и я снова вернулся к "волге", а сейчас у меня джип "мерседес"... У Тамары машинка маленькая (даже не скажу, как называется, - я в этом не понимаю).

- Это правда, что, пользуясь всенародной популярностью, вы позволяли себе ездить без прав?
- Такое было всего пару раз - я просто забывал права дома. Слава Богу, милиция до сих пор узнает, а вот сам себя в зеркале - увы, не всегда.

- По-моему, вы преувеличиваете...
- Мне кажется, что и те, кто помнят меня с того времени, видят, насколько я изменился, тем не менее, когда проезжают, оглядываются, машут руками. Приятно...

"А ВОТ И МАГОМАЕВ, - ПРОСИЯЛА ТАМОЖЕННИЦА, - СЕЙЧАС МЫ ЕГО ПРОВЕРИМ"

- Вас обожал не только советский (и постсоветский) народ - вашим удивительным талантом восхищался даже иранский шах Мохаммед Реза Пехлеви, который, по слухам, подарил вам чемодан драгоценностей...

- Что вы, какой чемодан?

- Рюкзачок?
- Шкатулочку с кольцом, которое сейчас на мне, и какими-то шахскими украшениями...

- Это кольцо я часто на вашем пальце вижу - носите его постоянно?
- Раньше в открытую не решался, а потом как-то надел, и оно принесло мне удачу. Ну а когда обнаружил, что все уже к нему привыкли, решил не снимать.

- Как же в годы тотального железного занавеса, сквозь который редкая птица могла пролететь, вы провезли эти ценности через границу?
- С огромным трудом и лишь потому, что в аэропорту меня встречал представитель посольства Ирана. Когда начал проходить таможню, мой большой чемодан очень заинтересовал какую-то тетеньку в форме. "А вот и Магомаев, - просияла она, - сейчас мы его проверим". Я, честно говоря, думал, таможенница шутит, однако, смотрю, и впрямь открывает чемодан, где лежал подаренный шахом ковер...

- ...персидский?..
- ...да, шикарный, часы и эта шкатулочка. "А вы знаете, - спрашивает дама, - что ввозить не задекларированные предметы нельзя?". Открыла шкатулку: "О, да тут золото!".

- В тот день, пожалуй, карьера могла и закончиться...
- Чья, ее?

- Да нет, ваша...
- (Гордо). Ну что вы? Она вызвала начальника смены. Симпатичный такой мужик руками развел: "Правила для всех одни"... В ответ я не растерялся: "Это подарки шаха. Видите, человек из посольства Ирана меня встречает. Пожалуйста, пригласите его сюда и скажите, пусть отправит все шаху обратно". Таможенник, конечно, перепугался, чемодан ко мне подтолкнул: "Нет-нет-нет, полный порядок! Забирайте все и идите. Счастливо вам, до свидания!".

Понимаете, до этого меня никогда не досматривали - такое случилось впервые, а потом как депутат Верховного Совета Азербайджана я стал неприкосновенным и везде проходил свободно.

- Не представляю, как, будучи депутатом, вы высиживали по многу часов на заседаниях...
- Три года подряд мучился! Я же по характеру неусидчив... Приду, посижу час, пока Гейдар Алиевич выступает, а потом смываюсь, и остальные несколько дней проходят уже без меня. Один раз вообще на сессию не явился, но, как правило, все-таки приезжал - из уважения к Алиеву. Он мне как-то сказал с укоризной: "Муслим, почему тебя никогда нет в зале? Что это такое? Люди поймут неправильно". - "Гейдар Алиевич, - говорю, - вы же знаете: я не очень хорошо владею азербайджанским языком". - "Ну, знаю". - "Выступают в основном по-азербайджански, а я сижу, только глазами хлопаю. Мне даже по-русски слушать неинтересно, сколько они собрали хлопка, - какое до этого дело?". Он рассмеялся: "Ну ты хоть вид делай, что все понимаешь".

Я постоянно к нему приставал: тому коллеге-музыканту надо выхлопотать квартиру, этому помочь со званием или загранпоездкой... Алиев однажды признался: "Ты все равно ходишь ко мне, за других хлопочешь - вот я и сделал тебя депутатом, чтобы занимался этим на законных основаниях". Ну а когда началась перестройка, Гейдар Алиевич переехал в Москву, и с депутатством я, естественно, завязал. "Все, - сказал, - до свидания!".

- В советское время лучших из лучших и подающих надежды оперных исполнителей отправляли на стажировку в прославленный миланский театр "Ла Скала". Вы тоже там побывали - это придало какой-то импульс вашей карьере, профессии?
- В общем, конечно. Учеба у маэстро Дженарро Барра и Энрико Пьяцца (а я подготовил партию Фигаро в "Севильском цирюльнике" и "Тоску") дала многое, но творческому человеку не обязательно даже что-то там делать - достаточно просто побывать в Италии, увидеть памятники старины, посетить музеи...

- ...посмотреть, как живут люди...
- ...подышать ее воздухом, проникнуться культурой и искусством, из которых эта страна, собственно, и состоит...

"ГОЛОС НЕ ПАРТИЕЙ ДАН И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ, А ГОСПОДОМ БОГОМ"

- Я слышал, что после триумфального концерта в парижском зале "Олимпия" вам предложили сногсшибательный контракт, но Министерство культуры СССР восстало...
- Не контракт... Дело в том, что известный импресарио и одновременно директор "Олимпии" Бруно Кокатрикс очень по-доброму ко мне относился, видел, с каким успехом я там прошел, и понял, что, заполучив меня, может...

- ...чуть-чуть заработать...
- ...сделать мне громкое имя во Франции и провезти затем по всему миру. Я ему сразу сказал: "Не пустят!", но он не поверил: "Фурцева меня уважает". Действительно, Екатерина Алексеевна ему благоволила, тем не менее ответ был однозначный: "Нет!". Я уж не знаю, как там и что было, могу только догадываться... Думаю, пугало чиновников не то, что я могу удрать, - они прекрасно понимали, что никуда мне с этой земли не деться. Бросить якорь на Западе, где думают только о том, как заработать, мне не нравится, и в той же Америке мне не хватает души и культуры, однако... Во-первых, у меня там жил брат...

- ...который был богатым...
- ...очень богатым (царствие ему небесное!), а во-вторых, они боялись моего характера: вдруг выпью лишку, что-нибудь натворю... Хотя, в общем-то, подобных выходок я никогда себе не позволял. Нет, я не трезвенник - выпить, конечно, могу, но если чувствую, что уже хорош, быстренько ухожу и тихо сижу дома.

- Какие вы, кстати, напитки предпочитаете?
- Раньше любил коньяк, а сейчас пью только водку. К вину равнодушен.

- В конце 70-х - начале 80-х довольно распространенной была шутка: "Что такое Малый театр? Это Большой после зарубежных гастролей". Действительно, немало артистов - и оперных, и балетных - оставалось на Западе. Почему вы уверены, что от вас такого сюрприза никто не ждал?
- Где-то остаться я не мог даже теоретически, потому что мой дядя Джамал был послом (или, как тогда говорили, постоянным представителем) Азербайджана в Москве. Он заменил мне отца, я его обожал и подвести не мог, о чем наверху знали. Мое невозвращение домой означало бы крест на его карьере, но не только из-за этого я бы никогда не сбежал: там жить мне, повторяю, было бы неинтересно.

- Хм, а что вы чувствовали, когда просили политического убежища за границей Вишневская и Ростропович, другие ваши коллеги? Какое у вас было к ним отношение - вы же, если не ошибаюсь, ни разу не подписали против кого-либо из них подметных писем...
- (С достоинством). Ни я, ни Тамара Ильинична. Никогда в жизни - это дела грязные.

- Многие тогда подписавшиеся теперь оправдываются: "А что я мог сделать? На меня так давили - попробуй откажись". Как вам удавалось отказываться?
- Лично на меня никто не давил, и никто ничего мне не предлагал, потому что прекрасно знали, как от этого я далек. Такими вещами занималась группка людей, которые из кожи вон лезли, чтобы сделать друг другу гадость...

- Им не хватало таланта?
- Как раз вот таланта было достаточно, чересчур даже много. Ума не приложу, как обладающие великим даром творцы могут кляузничать на коллег, порой даже менее одаренных, чем сами, - это у меня в голове не укладывается.

Как я относился к невозвращенцам? Конечно, их понимал, а как иначе? Взять, скажем, Рудольфа Нуриева. Если человека не тянет домой, значит, дома ему не дают реализоваться...

- Нуриеву не давали?
- Время было очень плохое, поэтому здесь ему ничего не светило. Если бы он, будучи на гастролях, не "соскочил", кто бы его в мире знал?

- Великий он танцовщик?
- Да, безусловно, но сейчас вообще очень много талантливых людей вне России. Железного занавеса больше нет, выезд свободный, и в той же "Метрополитен-опера" я слышу немало русских фамилий - певцов, певиц. К сожалению, славу они снискали там, а сюда приезжают уже как большие артисты. У нас, как бы ни старались и что бы ни делали, финансово обеспечить талант не могут. Ну как можно сравнивать условия здесь и там? В "Метрополитен" артистка - не буду ее называть! - только за то, что приехала, а потом сидит и ждет: вдруг какая-то певица заболеет и возьмут ее, получает три тысячи долларов, причем за каждый спектакль! Просто так, ничего не делая... Кто может в Большом театре на это рассчитывать? Пока искусство у нас так прозябает, люди будут уезжать...

- ...и осуждать их за это нельзя...
- Ни в коем случае! Позади, слава Богу, советское прошлое, когда тебе могли пригрозить: пой только тут! Это твой голос, он дан тебе не партией и правительством, а Господом Богом, который един над всем миром, значит, ты вправе использовать свой талант где хочешь - это твое личное дело. Главное - помнить, что здесь отчий дом, родной двор, твои близкие и друзья. Приезжай, общайся и уезжай обратно, работай там, где тебе удобнее и выгоднее. Я не прав?

"РЕБЯТА ИЗ ОБХСС БЫСТРО ПОНЯЛИ, ЧТО Я ЧИСТ, - МЕНЯ ПРОСТО ПОДСТАВИЛИ"

- Еще как правы, кстати, тот же Иосиф Кобзон говорил мне: "Ты думаешь, жизнь у Муслима была безоблачная? Он ведь и через опалу прошел, и если бы не Андропов, неизвестно, как бы все повернулось...
- Глупостью это было, полной, но тут, так сказать, надо считать на счетах. Моя официальная ставка за сольный концерт составляла тогда 200 с чем-то рублей, а импресарио Леонидов предложил мне за выступление на 45-тысячном стадионе в три раза больше. Он заверил меня, что по решению Министерства культуры СССР исполнение двух-трех песен перед многотысячной аудиторией оплачивается в тройном размере, а значит, мне полагаются целых 600 рублей. Арифметика тут простая, однако... Никакого приказа министра культуры на сей счет, как оказалось, не было, но я-то об этом не знал, поэтому поехал в Ростов, спел...

Набежала довольно приличная для того времени сумма, а потом к "ростовскому" делу прибавилось "пензенское" - там обнаружили концертного администратора, который внес мою фамилию в ведомость, сам расписался и получил деньги. Вызвали меня в ОБХСС - отдел борьбы с хищениями социалистической собственности. "Да я в Пензе ни разу не был!" - сказал им, и тогда нам устроили очную ставку.

Ребята из ОБХСС быстро поняли, что я чист, - меня просто подставили, а вот один из заместителей Фурцевой, большой мой недоброжелатель, за эту историю ухватился: "Мальчика надо показательно наказать, а то много себе позволяет". Досталось и Чингизу Садыхову. "Ладно, - сказали ему, - Магомаев еще молодой, не знал этих тонкостей, но вы-то неужто не понимаете, что такие вещи делать нельзя?". На нас смотрели, как на хапуг, которые последний рубль у государства отняли, и потребовали все деньги вернуть...

- А они давно уже разошлись?
- Дело не в этом - просто если бы их отдал, это означало бы, что признал вину. Приехав к себе в Баку, я проконсультировался у Генерального прокурора Азербайджана - главного авторитета по всем вопросам юриспруденции. Он спросил: "Ты в ведомости расписывался?". - "Конечно". - "Ну и все, не отдавай ни копейки. Вот если бы просто брал деньги и в карман себе клал, тогда дело другое, а так это заработано честно". В общем, в Министерстве культуры поняли, что ничего не могут мне сделать, и тогда на год запретили в России петь: ни гастролей, ни выступлений на радио и телевидении... В Москве, Питере нельзя, а в Азербайджане - пожалуйста, езжай туда! "Вот и хорошо, - я обрадовался, - наконец-то смогу закончить консерваторию" (из-за бесконечных правительственных концертов и поездок туда-сюда мне не удавалось никак доучиться)...

Пока я безвыездно жил в Баку, весь консерваторский курс экстерном и прошел. Благодаря знаниям, полученным еще в музыкальном училище, легко сдал экзамены по гармонии, общему фортепиано... Хуже всего обстояло с историей КПСС: пару лекций прослушал и понял, что больше не выдержу. Повезло, что преподаватели были хорошие, тоже поклонники... Помню, один из них спрашивает: "Что такое "товар"?". Я начал: "Товар - это..." - а что дальше, не знаю. Все-таки выкрутился: "Товар - это то, что продают и покупают". Профессор искренне удивился: "Откуда вам это известно?". - "Ну как? - говорю. - Это же естественно". Он засмеялся: "А футболист Эдуард Маркаров сказал, что товар - это "шмотки"...

За месяц я сдал все экзамены и решил отдохнуть, как вдруг вызывают - и не куда-нибудь, а в наш азербайджанский Комитет госбезопасности, председателем которого тогда был Алиев. Принял меня его заместитель. "Муслим, - огорошил с порога, - в Москву тебя требуют". - "Что значит требуют? Снова судить будут?". - "Нет, на концерт по случаю юбилея КГБ". Я сразу завелся: "Никуда не поеду. Они меня наказали? Я еще в отпуске". - "Придется лететь - это личная просьба товарища Андропова". - "Не хочу", - упираюсь, а он спокойно, но жестко сказал: "Ну что вы, Муслим Магометович! Нельзя так... Это с Министерством культуры вы разругались, но ссориться с КГБ, тем более лично с Юрием Владимировичем Андроповым, не советую". Пришлось согласиться: "Ну что ж...", а он уже руку мне пожимает: "Счастливо. Завтра же мы усадим вас в самолет и отправим". На этом мое "тюремное заключение" благополучно закончилось...

- Возвращаясь к Фурцевой... Однажды вы вспоминали, как с ней познакомились, - после одного из мероприятий Хрущев вытолкнул ее к вам и сказал: "Иди, Катя, подпой комсомольцам"...
- Кстати, комсомольцем я не был...

- ...но Никита Сергеевич об этом не знал. По слухам, всесильный министр культуры СССР любила без памяти двух артистов: Ефремова и Магомаева, а вас ласково называла Мальчик и Мусик...
- Нет, только Мальчиком - Мусиком я был лишь для тех, кто знал меня с детства...

- Вы чувствовали, что нравились ей не только как певец, но и как мужчина?
- Об этом у нас разговора не было, просто после несколько случаев она, видимо, ко мне прониклась... Не знаю, стоит ли это рассказывать, но как-то раз на приеме по случаю закрытия фестиваля "Крымские зори" Екатерина Алексеевна так много выпила, что ей стало плохо и она уже не могла самостоятельно передвигаться. К этому времени мы оставались втроем: Фурцева, я и директор (забыл фамилию)... По-моему, Зимина, так вот, эта женщина мне сказала: "Муслим, вы тут единственный мужчина - придется ее нести".

- И вы понесли?
- Ну конечно - она же легенькая... Где-то посреди пути Екатерина Алексеевна вдруг открыла глаза и спрашивает: "А почему я у вас?"... Посмотрела так: "А, ну ладно!" - дескать, тебе можно, свой. Тогда я и понял, что она ко мне очень хорошо относится.

Спустя какое-о время мы летели вместе на Кубу. У нее был отдельный салон, куда она пригласила тех, кого посчитала нужным. Соседи начали забрасывать удочки: "А не сыграть ли в картишки?". Она замялась: "Да неудобно". Я попросил: "Екатерина Алексеевна, ну, пожалуйста, - мы немножко". Потом предложил: "А может, чуть-чуть водочки?". Она разрумянилась: "Ой, вы меня заставляете!", а у меня полный был дипломат (вез "стратегический запас", чтобы угощать молодых кубинцев), и мы не остановились, пока его не опустошили. Короче, назаставлялись... Часов через пять у самолета была дозаправка в каком-то маленьком государстве - сейчас уже не вспомню название. Все, кто рядом с нами сидел, еле-еле продрали глаза...

- ...а она как огурчик?
- Вскочила, побежала, смотрим - уже интервью кому-то дает, а мы еле ходим. Вот что такое партийная школа! Ну и здоровье железное...

- Другие наверх и не попадали - естественный, понимаете ли, отбор...
- Это была гениальная женщина, настоящая железная леди...

"КОГДА БРЕЖНЕВ И ЧЕРНЕНКО ЗАПЛАКАЛИ, Я ПОДУМАЛ: "МОЖЕТ, ОСТАНОВИТЬСЯ?". ЖАЛЬ СТАРИЧКОВ СТАЛО"

- Муслим Магометович, вы пережили фантастический взлет: в 31 год стали народным артистом Советского Союза, без вас не обходился ни один "Голубой огонек". Насколько я знаю, перед правительственными концертами Брежнев всегда спрашивал...
- ..."А МагАмаев будет?" (смеется). Он, когда приехал в Баку, Гейдару Алиевичу прямо сказал, что у него два любимых исполнителя - Зыкина и МагАмаев.

- Любовь Генерального секретаря ЦК КПСС согревала?
- Я от нее ничего не имел и никогда ею не пользовался - она даже от чиновничьего произвола меня не спасала. Тот замминистра, о котором уже говорил, всеми фибрами души меня ненавидел и всячески мне пакостил, пока на него не цыкнул Гейдар Алиевич. Алиев сказал: "Оставьте Магомаева в покое!", только тогда он отвязался. Может, другой на моем месте лез бы, что называется, куда-то да через что-то, как это многие коллеги-женщины делают, но я никогда...

- Воспитание, видно, другое...

- Когда меня приговорили к "заточению" в Баку, я мог бы обратиться к Леониду Ильичу напрямую, но и тогда его добрым отношением не воспользовался. И слава Богу! Сегодня я говорю спасибо тем, кто меня "наказал", - иначе моя учеба в консерватории тянулась бы еще очень долго...

- Слышал, что когда в Баку вы пели совершенно гениальную, на мой взгляд, песню Пахмутовой "Малая земля", Брежнев и Черненко навзрыд плакали...

- Ну не навзрыд, но слезы текли...

- Вы это видели?
- Конечно - даже кадры кинохроники сохранились...

- Что вы почувствовали, увидев такую реакцию?
- "Может, остановиться?" - подумал: жаль старичков стало. Просто так слезы же не польются - они действительно искренне переживали, вспомнили сразу войну, павших товарищей...

- Леонид Ильич, говорят, очень любил в вашем исполнении песню итальянских партизан "Белла, чао": слушая ее, непременно притопывал и прихлопывал...
- ...и всегда громче всех. Помню, во время его визита в ГДР в Берлине состоялся большой концерт, и когда со сцены объявили: "Муслим Магомаев. "Белла, чао", сидевший в первом ряду Брежнев наклонился к Алиеву и жестами стал показывать: сейчас будем работать, хлопать (Гейдар Алиевич и сам эту песню прекрасно знал)... Леонид Ильич был человеком на редкость добрым, хорошим...

- ...живым...
- Никогда не забуду, как с Юрой Гуляевым мы слушали его в Ереване. Гейдар Алиевич отправился тогда в Армению в составе азербайджанской делегации и меня прихватил, а первый секретарь ЦК Компартии Украины Петр Ефимович Шелест с собой взял Гуляева. Сидим с Юрой в зале, скучаем, и тут Шелест подходит. "Чего, - спрашивает, - томитесь? Вам что, делать нечего?". Потом говорит: "Поезжайте ко мне на дачу - там уже стол накрыт. Посидите, я скоро приеду".

Долго нас уговаривать не пришлось... Пока хозяина дожидались, выпили там как следует, и когда Петр Ефимович приехал, мы уже были, конечно, хорошие. Он попросил: "Спойте, ребята, что-нибудь". Юра ко мне: "Давай я твое "О, море, море!" исполню". - "Пожалуйста!". Сел за рояль, начал аккомпанировать, и тут он спохватился, что текст не помнит. "Только ты мне слова, - прошептал, - подсказывай".

Я кивнул и вполголоса начал: "Море вернулось...". Гуляев красиво и мощно вывел: "О, море, море!"... - и замолчал, на меня смотрит. "Говором чаек..." - продолжаю, и он с облегчением подхватывает: "О, море, море!"... Так мы до самого конца куролесили... Я: "Песней прибоя...", он: "О, море, море!", я: "Рассвет пробудил...".

Шелест остался в восторге. "Какая песня! - сказал. - Особенно слова мне понравились"... Впрочем, это отступление было - о чем только что мы говорили?

- Как в Ереване вы слушали Брежнева...
- Заседание плавно перетекло в торжественный ужин, и Брежнев выступал часа два (тогда с речью у него все было нормально) - без бумажки и абсолютно без единой запинки.

- Вот это да!
- Мы с Юрой тоже удивились. "Слушай, - говорю, - а я-то думал, что только Гейдар Алиевич может без перерыва четыре-пять часов удерживать аудиторию". Гуляев поддакнул, но и это не все: впервые приехав в Баку, Леонид Ильич молодецки спрыгнул с поезда... Это потом ему...

- ...было уже не до прыжков, а что за история произошла с клавиром, который вы ему вручали?
- Намечался очередной визит Брежнева в Баку, и Гейдар Алиевич попросил меня написать к его приезду песню. "Сделаем прекрасный золоченый клавир, - сказал, - и преподнесем Леониду Ильичу в подарок"...

- Вы же все время сознательно избегали советской темы - с головой уходили в классику, в лирику...
- Да уж... Я отказывался: мол, никогда не занимался подхалимажем, не пел о партии, а тем более о вождях лично. "А вы не пишите о товарище Брежневе, - гнул свою линию Алиев, - пусть это будет песня о стране, о людях". Пришлось согласиться.

С Робертом Рождественским, которого по такому случаю вместе с семьей привезли в Баку, мы решили сочинить что-то вроде "Торжественной песни": "Ты, любимая страна"... Показали Алиеву текст, а он: "Что ж вы, ребята, делаете? Умудрились так написать, что непонятно даже, о какой стране речь. Нельзя ли, раз уж мы Брежневу дарим песню, указать это поточнее?". Роберт послушал-послушал и, понимая, что спорить бессмысленно, стихи исправил: "Ты, советская страна...". Гейдар Алиевич новый вариант одобрил: "Вот теперь все в порядке", но песня пропала - в таком виде петь ее уже было нельзя.

- Брежневу тем не менее ваш подарок понравился?
- Есть фотографии, съемки... Клавир отпечатали на особой бумаге с золотым тиснением, уложили в красивую кожаную папку, в помощь мне дали Ниязи и Рашида Бейбутова... "Леонид Ильич, - обращаюсь к нему, - это вам от нашего народа, от всех деятелей искусства, не от меня одного". Надо бы погромче приветственные слова произнести, а я пробурчал их под нос, почти прошептал. Откуда мне было знать, что Брежнев уже плохо слышит? В общем, он ничего не понял. Смотрю: садится за стол и просит у кого-нибудь ручку... Там уже было накрыто, но по знаку Гейдара Алиевича перед высоким гостем мгновенно расчистили свободное пространство. Леонид Ильич раскрыл папку и поставил размашистую подпись.

- Получается, дал вам автограф?
- Ну да. Я прошептал Алиеву: "Что делать?", а он: "Тебе подписали - бери". Уже в самолете Брежневу передали дубликат, который был сделан на всякий случай.


"КОГДА МОЙ ДРУГ ИТАЛЬЯНЕЦ ВИНСЕНТ УВИДЕЛ ОЧЕРЕДЬ ЗА КУСКОМ ЧЕРНОГО МОРОЖЕНОГО МЯСА, ИЗ ЕГО ГЛАЗ ПОЛИЛИСЬ СЛЕЗЫ"

- Если не ошибаюсь, однажды вы даже выступали у Леонида Ильича на дне рождения...
- Не однажды, а дважды (смеется) - ну как без меня?

- Точно - без вас для него это уже был бы не праздник...
- Был полный банкетный зал Дворца съездов - человек 500-600, а может, и тысяча. Точнее не скажу, поскольку сидел у сцены и не всех видел. Когда Брежнев вышел к столу, обратил внимание, что он обратился к Гейдару Алиевичу. По движению губ я понял, что речь идет обо мне, и Алиев это потом подтвердил. "Прежде чем сесть, - сказал, - Леонид Ильич спросил: "А МагАмаев здесь?".

- Вы однажды признались, что ждали революции (имелась в виду перестройка), потому что всю жизнь были убежденным антисоветчиком. Как удавалось вам - любимцу вождей и народа номер один находиться в оппозиции к власти?
- Вы знаете, Дмитрий, дело не в антисоветчине - просто я видел, что страна катится к краху. У меня был друг Винсент Де Фини - страстный меломан и обладатель полной коллекции Марио Ланцы, - и однажды я пригласил его к себе в Москву. Он приехал и вдруг попросил: "Хочу посмотреть магазины". Я возразил: "Незачем тебе туда ходить, поверь мне". На чистом итальянском языке!

- Вы владеете итальянским?

- Разумеется, а он итальянец (правда, американский - помнит язык плохо, но понимает). В общем, чем больше я его отговаривал, тем сильнее он туда рвался: "Вот хочу, и все". - "Ну, раз так, пойдем". Когда он увидел громадную очередь за куском черного мороженого мяса и пустые прилавки, на которых не было ничего, кроме трехлитровых банок с соком, у него из глаз полились слезы.

Винсент действительно плакал - Тамара не даст соврать. "Надо было детей сюда привезти, - сказал, - пусть посмотрели бы, а то, по их мнению, они плохо живут". Уехал он потрясенный...

...Как долго это могло продолжаться? Я понимал, что вот-вот наступит развязка, и когда сейчас представители компартии начинают рассказывать нам, что исключительно коммунисты могут осчастливить народ, я думаю: "Господи, вы же сами не верите в то, что говорите, - вам просто надо партию свою держать на плаву". Все они понимают, - я убежден в этом! - что возврата к прошлому нет и не может быть.

- И слава Богу! С вашего позволения напомню читателям, что происходите вы из удивительной семьи. Муслимом назвали вас в честь деда - прекрасного композитора Муслима Магомаева, чье имя носит азербайджанская филармония, ваша мать - талантливая актриса, отец - театральный художник, который не дожил до окончания войны несколько дней. Это, кстати, правда, что от вас его гибель на фронте долго скрывали?
- Да, лет до семи мне говорили, что он в долгой командировке за рубежом, но вот-вот приедет, а потом дядя усадил меня за стол, показал последнее его письмо и все объяснил... Ну я, конечно, и раньше догадывался: взрослые что-то темнят...

- По вашим словам, дядя Джамал фактически заменил вам отца, который был его младшим братом, и до конца жизни вас опекал, а я думаю, что еще одним отцом для вас стал долгое время руководивший Азербайджаном Гейдар Алиев...

- Когда дядя Джамал умер, Алиев дал свой самолет, чтобы доставить его тело из Москвы на родную землю, а на похоронах вместе со всеми нес гроб... Видя, в каком я состоянии, он сказал: "Муслим, располагай мной как самым близким человеком. Отныне ты в моей семье - когда тебе надо, прилетай и обращайся в любой момент по любому поводу". С тех пор он действительно заменил мне дядю. Я, правда, его не напрягал - звонил только по каким-то важным вопросам.

Помню, после возвращения из эмиграции Мстислав Ростропович (а он мой земляк, бакинец) признался: "Муслим, очень в Баку хочется. Давно город не видел, вот только не знаю, что Алиев за человек и как ко мне отнесется". - "Слава, ручаюсь, что с огромным уважением", - заверил его я. "А ты можешь спросить?". - "Да прямо сейчас, при вас позвоню", а мы как раз у нас дома сидели. "Нет-нет, лучше потом переговорите - а вдруг он откажет"... В общем, я позвонил и услышал: "Муслим, о чем речь - в любой момент пускай прилетает. У нас его любят, ценят, мы обеспечим прием на самом высоком уровне"...

Это было как раз перед Славиным днем рождения - точнее, он собирался отметить какой-то маленький юбилейчик. У меня до сих пор хранятся его письма - я служил передаточным звеном между Алиевым и Ростроповичем, пока не сказал им: "Вы можете, наконец, сами все обсудить напрямую?".

"О ПОЛАДЕ БЮЛЬ-БЮЛЬ-ОГЛЫ, С КОТОРЫМ МЫ ЖИЛИ В ОДНОМ ДОМЕ, НЕ НАДО. БОГ ЕМУ, КАК ГОВОРИТСЯ, СУДЬЯ!"

- При Горбачеве возглавлявший парторганизацию Азербайджана Алиев стал вице-премьером правительства СССР, а потом его с этого поста "ушли", и многие люди, которые еще вчера клялись ему в преданности и вечной любви, моментально от него отвернулись. Вы как порядочный и благородный человек не изменили своего отношения к опальному лидеру, всячески демонстрировали ему уважение...
- Не только я - таких было несколько.

- Всего несколько?
- К сожалению.

- Он это понимал?
- Прекрасно.

- В Баку вы жили на одном этаже с семьей известного композитора и исполнителя, какое-то время министра культуры, а затем посла Азербайджана в России Полада Бюль-Бюль-оглы. Насколько я знаю, раньше вы с ним очень дружили, - что за черная кошка пробежала между вами потом?
- Не надо о нем... (Грустно). Бог ему, как говорится, судья!

- Множество прекрасных песен, с которыми вы, азербайджанец, вошли в историю, написал гениальный композитор Арно Бабаджанян - по происхождению армянин. Сегодня, после кровавых событий в Нагорном Карабахе, которые выплеснули наружу азербайджано-армянскую вражду, такое сотрудничество кажется почти невозможным. Я говорил об этом конфликте со многими деятелями культуры (как с армянами, так и с азербайджанцами), но они предпочли от этой темы уйти. Вместо того чтобы предпринять какие-то шаги для объединения двух народов, представители интеллигенции заняли позицию сторонних наблюдателей. Понимаю, что это больной вопрос, но не могу не спросить: а как на вооруженные столкновения армян и азербайджанцев реагировали вы - человек, в чьих жилах смешались множество кровей, артист, выросший в интернациональном Баку и певший песни Бабаджаняна?

- Да, Дмитрий, вопрос больной, но я вполне могу на него ответить. Азербайджан в этом не виноват - вот и все! В нашей республике всегда жило много армян, но никаких обид из-за этого не было - мы все дружили. В моем дворе армян и азербайджанцев было поровну, в классе училось четыре или пять азербайджанцев, пятеро армян, столько же евреев, и никаких недоразумений из-за этого не возникало. Может, и попадались люди, которым нравилось посудачить о моем дяде Джамалэддине Магомаеве, женатом на русской (хотя тетя больше полькой была), - ну Господи, где таких кумушек нет?

Баку был настолько хороший и теплый город, что говорить о таких вещах считалось неприличным, - желающим почесать языки сразу же затыкали рты, а потом, когда все началось, уехали армяне, разъехалось большинство евреев (хотя и не все, слава Богу)...

Ситуация еще неопределенная, и остается только молиться, чтобы с Арменией все обошлось. Не хочу лезть в политику, но сегодня у Азербайджана появились и другие заботы - сами знаете, что сейчас у соседей творится, у Турции и Ирана, до которых рукой подать, поэтому бедная моя родина...


"МАХМУД ЭСАМБАЕВ ВСПЫЛИЛ: "ТЫ НЕ ГОРДИШЬСЯ ТЕМ, ЧТО ЧЕЧЕНЕЦ?"

- Уверен, многие наши читатели считают вас чистокровным азербайджанцем, а ведь отец ваш лезгин, в матери смешались турецкая, адыгейская и русская кровь...
- ...а бабушка вообще татарка.

- Ой!
- К тому же еще неизвестно, кто по национальности мой отец. Согласно семейной легенде, его деда - кузнеца Магомета - несмышленым ребенком выкрал знаменитый Шамиль, который скакал по горам и считал, что проблемы Кавказа можно решить, только перемешав его многочисленные народы.

Для этого он брал малых детей и перевозил из одного селения в другое. Мой прадед в результате оказался в Грозном, а откуда его привезли, остается загадкой.

- В свое время я много общался с Махмудом Эсамбаевым, которого мог слушать часами. Он был замечательным человеком, великолепным рассказчиком, но однажды, я знаю, вы с ним жутко поссорились. На какой, если не секрет, почве?
- Да все на той же! В Кремлевском Дворце съездов шел правительственный концерт, посвященный какой-то очередной годовщине, и вот смотрю, перед выходом на сцену, там, где гримуборная и разминаются балерины, стоит Махмуд, что-то увлеченно рассказывает, а вокруг толпится куча народа. Увидел меня и обрадовался: "А вот и Муслим. Скажи, кто ты по национальности?". Я в ответ: "Азербайджанец", и все хором: "Во-о-от!". Он вспылил: "Ты не гордишься тем, что чеченец?". - "Хм, а с чего ты это взял? - спрашиваю. - Разве ты знаешь, откуда мой прадед, где его корни? Это во-первых, а во-вторых, уж прости, бабушка у меня - татарка, у мамы Бог знает сколько кровей, так кем мне себя считать? Спасибо Боженьке, - подвел я черту, - что таким создал, поэтому я убежденный интернационалист и нации для меня без разницы".

- Махмуд обиделся?
- Смертельно. Не разговаривал со мной очень долго, но потом все же простил, и знаете, когда это произошло? После того, как в Чечне...

- ...прямой наводкой разбомбили его дом со всеми картинами, антиквариатом и сценическими костюмами?
- Да - он тогда стал совершенно другим. Когда за кулисами встретились, вдруг обнял меня, поцеловал: "Давай все забудем!"... Я растрогался: "Да я уж давно забыл, Махмуд. Для меня главное, что ты прекрасный человек, великолепный танцор - второго такого больше не будет, и национальность тут совершенно ни при чем".

- Знаете, как раз в то время, когда разыгралась эта трагедия, Виктор Степанович Черномырдин (в ту пору председатель правительства России) собрал у себя за столом деятелей искусства и попросил: "Махмуд, скажи тост!". Тот отмахнулся: "Не хочу". Черномырдин повторил просьбу раз, второй, и когда уже стал настаивать, Эсамбаев поднялся и произнес: "Я хочу, чтобы сдох Грачев!". Наступила звенящая тишина, он чуть помолчал и добавил: "А кто не выпьет, пусть сам сдохнет!"...
- (Смеется). Боже, какой кошмар! Дело же не только в Грачеве... Бывший министр обороны просто сглупил: мол, дайте войти в Грозный - за месяц наведу там порядок.

- Сперва он заявил, что силами парашютно-десантного полка возьмет Грозный за два часа, а потом подумал и уточнил: за два дня...
- Такое можно было сказать либо по дикой пьянке, либо совершенно не имея головы на плечах. Ты что, разве не знал, что они горцы? Думал, выстроятся чеченцы на улицах и будут ждать?

- Они же в горах, как у себя дома...
- ...и ты никогда их не достанешь.


"КАКИЕ СВАТЫ? МЫ ЧТО, В АУЛЕ ЖИВЕМ? ЕСЛИ БЫ Я ХОТЕЛ НА ПЬЕХЕ ЖЕНИТЬСЯ, САМ БЫ СКАЗАЛ: "ДИТА, ВЫХОДИ ЗА МЕНЯ ЗАМУЖ"

- Ставшие впоследствии знаменитыми песни из кинофильма "Семнадцать мгновений весны" должны были исполнить вы, и вроде бы даже исполнили - почему же в итоге их спел Иосиф Кобзон?
- Режиссеру Татьяне Лиозновой не подошел мой тембр, и у меня, честно говоря, нет к ней претензий. Уже посмотрев картину, я понял, что мой голос не сочетается с Тихоновым - так же, как его совершенно померк в дубляже к фильму "Низами", где снялся я. Мне так хотелось пригласить на озвучание Смоктуновского, но актер был занят, а режиссер Эльдар Кулиев не стал его ждать - взял Тихонова. Результат меня, как и следовало ожидать, разочаровал...

- С вашего позволения, коснусь женской темы. В юности вы женились на однокурснице Офелии, после чего у вас родилась дочь Марина, которая живет сейчас в Соединенных Штатах, но я представляю, как осаждали вас дамы, слетавшиеся на вашу популярность и красоту, как бабочки на огонь. Отбоя наверняка не было от желающих не только познакомиться, но и затащить вас в постель, забеременеть. Вы с этим как-то боролись или, напротив, не упускали свой шанс?
- А что бороться? По улицам я не ходил, а если что у меня и было, то лишь с настоящими женщинами.

- Эдита Пьеха рассказывала мне, что ее муж Александр Броневицкий жутко вас к ней ревновал. По ее словам, на гастролях он мог неожиданно появиться, среди ночи ворваться в номер своей жены и закричать: "Ну где тут прячется Магомаев?!"...
- (С досадой). Дита в последнее время все, блин, перевирает. Дошла до того, что заявила, будто я посылал к ней сватов. Пришлось мне ей даже в газете ответить: какое на дворе время, чтобы сватов посылать? Да, мы могли говорить по телефону часами, потому что у нее была знакомая телефонистка, но что-то большее... Нет!

- Муслим Магометович, но ведь роман был...
- Да не было у нас никакого романа!

- Мне кажется, вы с сожалением это сказали...
- Я просто очень любил ее как певицу, артистку, хорошего друга, но какое могло быть сватовство - мы что, в ауле живем? Если бы я захотел что-то ей предложить, лично сказал бы: "Дита, выходи за меня замуж, пожалуйста"...

- ...прямо сейчас...
- Да (смеется), сию же секунду! И Броневицкий, между прочим, под ее кроватью меня не искал. Он и вправду приехал в Париж неожиданно, но встретились мы при выходе из концертного зала "Олимпия".

- Слава Богу, что не из номера...
- (Морщась). Мы могли с ним столкнуться разве что при выходе из гостиницы - Дита в номере у меня не бывала, у нее свой был. Дима, поверьте, все это чушь - не знаю, зачем она ей понадобилась.

- Если все женщины СССР были влюблены в Муслима Магомаева, то едва ли не все мужчины - я это точно знаю! - в Тамару Синявскую, наделенную необыкновенным голосом и красотой. Как соединили вы судьбы? Как вам, двум лидерам, оперным величинам мирового уровня, удалось не только создать, но и сохранить семью?

- Трудно сказать - наверное, все оттуда идет (смотрит вверх)...

- Это правда, что вас познакомил Алиев?
- Нет.

- Но он хотел, чтобы вы поженились?
- Гейдар Алиевич ничего не знал - мы сообщили ему о нашем решении постфактум. Все случилось по воле Божьей... Когда познакомились, она была замужем, но потом мы стали встречаться и...

- С вашей стороны это была любовь с первого взгляда?
- Наверное, да...

- Когда на пике ваших с Синявской отношений вы решили расстаться, Пахмутова с Добронравовым написали две совершенно пронзительные песни. Для вас - "Мелодия" ("Ты - моя мелодия, я - твой преданный Орфей..."), а для Тамары Ильиничны - "Прощай, любимый" ("Весь мир наполнен песней лебединой, прощай, любимый, мой неповторимый...").
- Расставаться мы много раз собирались - это по молодости было. Я даже Гейдару Алиевичу однажды сказал, дескать, все, больше не могу, но услышал: "Смотри! Если сделал одну ошибку, когда женился, не соверши вторую, поспешив развестись". Мудрейший был дядька!

- Это правда, что дома Тамара Ильинична называет вас Митей, Кутей и Тяпой?
- У нас было много прозвищ - некоторые я уже и забыл. Все время импровизируем...


"НЕ НУЖНО, ЧТОБЫ ЛЮДИ ВИДЕЛИ, КАК СТАРЕЕТ АРТИСТ И ЕГО ГОЛОС, - ПУСТЬ ЗАПОМНЯТ НАС МОЛОДЫМИ"

- Вы, человек с потрясающим голосом, который и сегодня звучит, всякий раз повторяете: "Свое я уже отпел" - и наотрез отказываетесь выходить на сцену. По-вашему, это правильно?
- Абсолютно. Не нужно, чтобы люди видели, как стареет артист и его голос - пусть запомнят их молодыми. Да, я и сейчас могу спеть, но лучше не надо - уже не мое время...

Некоторые коллеги моего возраста считают, что они в форме... Ну, скажем, Левка Лещенко прекрасно, великолепно выглядит, и я не вижу какого-то диссонанса между нынешней молодежью и им, а вот я петь рядом с детишками не хочу... Когда еще лет пять назад выходил в концертах, всегда просил: "Только поставьте меня вначале" - чтобы молодежь шла потом...

Мне говорили: "Перед вами только балет", но когда за кулисами я видел девочек и мальчиков, меня пот прошибал. "Господи, - думал, - зачем я здесь? Что тут делаю?".

- Вы как-то заметили: "Я, простите за сравнение, как соловей: хочу - пою, хочу - не пою", но, извините, народный артист Советского Союза Марк Рейзен выходил на сцену Большого и в 90 лет...
- Во-первых, это артист Большого театра, а там, если звучишь, можно работать сколько угодно. Тот же Лемешев в 70 лет, по-моему, пел Ленского.

- И еще звучал?
- Вполне, но это театр, а эстрада - дело другое, тем более что песни мои о любви. Если бы о чем-то другом, еще можно было бы подумать, но петь об ушедших чувствах, о каких-то по этому поводу сожалениях незачем.

- Это правда, что в свое время Александр Зархи пригласил вас сыгарть в "Анне Карениной" Вронского, а Леонид Гайдай предложил роль Остапа Бендера?
- Предложений действительно было много, например, Григорий Рошаль звал на роль поэта Гервега в фильме про Карла Маркса, который вышел под названием "Год как жизнь".

- Вы отказались?
- Да. Это не мое дело, я никогда в таком кино не снимался. Сейчас смотрю некоторые картины и вспоминаю: "Вот тут должен был главную роль играть". Ну зачем мне пробоваться, импровизировать на площадке, когда для этого есть прекрасные киноактеры? А роль Низами мне подошла, потому что картина спокойная, философская - там ни скакать не надо было, ни прыгать. От меня требовалось только с умным лицом с утра до вечера изрекать мудрые мысли.

- Бог наделил вас множеством талантов: вы и музыку пишете, и лепите, и рисуете, и в интернете "гуляете". Как удается вам все это сочетать?
- Хорошо, что скучать не приходится. Я, например, никогда не думал, что смогу освоить компьютер. Мне сказали: "Попробуйте, просто для интереса"... Вначале поставил программу, чтобы записывать музыку: "макинтош" подсоединен у меня к "клавишам", которые могут заменять любой инструмент, а потом потихонечку-потихонечку в интернет вышел.

- В общем, современный вы человек. Цитата из Муслима Магомаева: "Выпить всегда любил, еду острую тоже, курю по три пачки сигарет в день". Как ваши вредные привычки сочетаются с таким божественным голосом?
- (Улыбается). Сочетались.

- Не прибедняйтесь, Муслим Магометович! Последний вопрос. Вы всегда говорили, что ваш жизненный принцип: "Не жди, не бойся, не проси!". До сих пор ему следуете?
- У кого мне и что просить? Зачем? Не надо - я в этом отношении человек гордый. Всевышний мне дал много - об этом я каждый день вспоминаю, молюсь и говорю ему: "Спасибо!", поэтому, надеюсь, он меня не оставит.

- Вы знаете, я твердо убежден, что гений, великий артист вправе услышать о себе добрые слова не в эпитафии, а при жизни и в глаза. Пользуясь случаем, хочу вам их передать от миллионов людей, которые по-прежнему вас обожают...
- А можете написать это потом, без меня? Спасибо и вам! Мне всегда приятно с вами общаться, я с удовольствием вспоминаю наши встречи и в Киеве, и в Москве, постоянно сижу в интернете на вашем сайте и слежу за вашими интервью. Всего вам хорошего, а теперь давайте поедем куда-нибудь пообедаем.

ТВЭЛ поставляет ядерное топливо для АЭС "Бушер" в Иране под контролем МАГАТЭ
ТВЭЛ поставляет ядерное топливо для АЭС "Бушер" в Иране под контролем МАГАТЭ
Австрия: Иран должен извлечь экономические выгоды из СВПД
Австрия: Иран должен извлечь экономические выгоды из СВПД
Посол Ирана в РФ: Ядерную сделку можно спасти при условии практических действий
Посол Ирана в РФ: Ядерную сделку можно спасти при условии практических действий
Loading Bars
Лента новостей
Агентство морского транспорта Грузии сделало специальное заявление в связи со взрывом в Бейруте
В Госдепе заявили, что воспринимают Арктику в том числе как северный фланг НАТО
Власти США выясняют обстоятельства взрыва в Бейруте
Более 206 тыс. заразившихся коронавирусом выявлены в мире за сутки
Число погибших при взрыве в Бейруте увеличилось до 137
Минэнерго США выделит $57,5 млн на разработку суперкомпьютерных технологий
В Турции число выздоровевших от коронавируса превысило 219 тысяч
Процесс легализации рабочих мест в Азербайджане ускорился
Азербайджанский AFB Bank увеличил обязательства
В Азербайджане обнародовано количество проведенных тестов на коронавирус
Иран отправляет в Ливан мобильный госпиталь и медицинскую помощь
Зариф и Кулеба обсудили резулбтаты переговоров о компенсации за сбитый самолет
ЮНИСЕФ направил помощь пострадавшим в результате взрыва в Бейруте
Власти Ливана опровергли слухи о причастности Израиля к взрыву в Бейруте
Доходы от туризма в Грузии сократятся на 80%
Президент Казахстана выразил соболезнования Президенту Ливана
Госкомитет Азербайджана о приоритетах государственной политики по делам диаспоры
İnfinitech поставит оборудование Центробанку Азербайджана
Азербайджан окажет Ливану финансовую помощь
В Генпрокуратуре Азербайджана прошло оперативное совещание в расширенном составе (ФОТО/ВИДЕО)
Одна из центральных улиц Габалы названа в честь генерала Полада Гашимова (ФОТО)
Иран планирует сэкономить до $3 млрд на импортозамещении
Названа повестка завтрашнего заседания парламента Азербайджана
В Кахетинском регионе собран обильный урожай персиков и нектаринов - министерство
Семьям шехидов и инвалидам Карабахской войны предоставлены еще 109 квартир - минтруда Азербайджана (ФОТО)
В Баку на линии пущены дополнительные экспресс-автобусы
Азербайджанский депутат в европейской прессе обратила внимание мирового сообщества на преступления армян на почве ненависти
"Небо без границ" – радиопьеса Гюнель Анаргызы (ВИДЕО)
Пакистанский Совет в Лос-Анджелесе осудил насилие в отношении азербайджанцев
Азербайджан расширяет сотрудничество с Торгово--промышленной палатой Ростовской области
Азербайджанский Bank BTB увеличил активы
Выросло число структурных подразделений Генпрокуратуры Азербайджана
Создание лесопарков — это вклад в жизнь будущих поколений Азербайджана - депутат
Турецкая BOTAŞ назвала объем отгрузки нефти с терминала Джейхан
SOCAR Petroleum внес ясность в вопрос подорожания бензина
Спрос на ноты Центробанка втрое превысил предложение
Агентство пищевой безопасности Азербайджана выявило нарушения на 78 объектах предпринимательства
Казахстану следует уделить внимание поискам новых месторождений подземных вод как стратегического резерва
Министр экономики: В Грузии появились первые иностранные туристы
Иран направил Ливану поставки продовольствия и медицинскую помощь
В период глобальной пандемии Узбекистан сократил импорт электротоваров из Турции
В Азербайджане страховыми выплатами может быть охвачено до 40 тысяч безработных
Названа продукция, закупленная Россией на бирже Туркменистана в июле
В Учениях TurAz Qartalı - 2020 задействованы боевые вертолеты(ФОТО/ВИДЕО)
В пригороде Баку сдана в эксплуатацию больница модульного типа со спецгенератором кислорода (ФОТО)
Торговый дом SOCAR предложил наименьшую цену на поставку еще одной партии СПГ в Пакистан
АПБ Азербайджана призывает предприятия общепита соблюдать правила в связи с коронавирусом
TƏBİB: В Азербайджане достаточно медицинского персонала
Состоялся очередной этап азербайджано-турецких совместных широкомасштабных тактических учений (ФОТО/ВИДЕО)
Азад Рагимов: Очень хотелось бы, чтобы в спортивных комплексах возобновилась спортивная деятельность
Заполненность больниц для лечения COVİD-19 в Баку уменьшилась до 30-35 процентов - TƏBİB
Начальник порта Бейрута сообщил, что просьбы вывезти опасные грузы игнорировали шесть лет
Минэкономики Азербайджана о подорожании отдельных лекарств на фоне пандемии
В феврале был зафиксирован наиболее плотный пассажиропоток на Абшеронской кольцевой железной дороге
Бах встречает Яллы, или Успех Хадиджи Зейналовой в Германии (ФОТО)
Президент Ильхам Алиев выразил соболезнования ливанскому коллеге
Сиявуш Новрузов о т.н. "Национальном совете" - Судьбы людей их не заботят
Рамин Байрамлы: Мы используем не все коечные резервы, предназначенные для больных коронавирусом
Абшеронский олимпийский спортивный комплекс временно преобразован в больницу модульного типа (ФОТО)
Азербайджанские депутаты приняли в первом чтении изменения в Кодекс об административных правонарушениях
Рамин Байрамлы рассказал о проблемах, которые вероятно может вызвать коронавирус осенью
В Азербайджане число выздоровевших от коронавируса достигло почти 28 840 человек
На бирже Туркменистана хлопчатобумажная пряжа продавалась в ходе каждой недели июля
Bursagas компании SOCAR Turkey раскрыл планы до конца 2020 года
Агентство по развитию МСБ Азербайджана способствует привлечению иностранных инвестиций в регионы (ФОТО)
Рамин Байрамлы: В Азербайджане для лечения больных COVİD-19 задействованы всего 5 больниц модульного типа
Обнародованы объемы поставок туркменского авиационного керосина в Грузию
Даже наблюдая положительную динамику в связи с коронавирусом, не стоит успокаиваться - заслуженный деятель искусств Аяз Салаев
Минтекстиль Туркменистана продлевает тендер на производство химического волокна
На азербайджанский рынок доставляются новые российские товары
После пандемии в Грузии вырос спрос на частные дома
Иран готов оказать гуманитарную помощь Ливану - спикер
Грузоперевозки между Грузией и Туркменистаном растут, несмотря на пандемию
Валютные резервы ЦБ Азербайджана выросли
В Азербайджане на конкурсное испытание представлено 29 сортов хлопчатника (ФОТО)
Около 500 фермеров в Азербайджане будут обеспечены работой в сфере агротуризма
Узбекское агропромышленное агентство объявляет тендер на закупку трактора
Премьер Болгарии заявил о готовности подать в отставку
Qala Həyat завершила первое полугодие с прибылью
Проводятся онлайн-встречи с туристическими партнерами Азербайджана за рубежом
ПРООН в Туркменистане продлевает тендер на разработку веб-сайта и мобильного приложения
Ляпис-лазурь придаст импульс развитию грузоперевозок между Туркменистаном и Грузией
Крупный азербайджанский банк увеличил расходы
Министерство образования Азербайджана: в новом учебном году предусмотрен ряд моделей обучения
Парламент Азербайджана принял в первом чтении изменения в бюджет Фонда страхования от безработицы
Назначен новый зампредседателя Агентства пищевой безопасности Азербайджана
Завотделом Администрации Президента Азербайджана Адалят Велиев встретился с очередным лидером партии
Отменены разрешения на выход из дома, но никто не отменял правильного, разумного отношения к пандемии - народный писатель Натиг Расулзаде
Прекращены необоснованные пенсионные дела на более чем 54 млн манатов - Сахиль Бабаев
Азербайджанский Bank BTB увеличил обязательства
В Азербайджане оглашен порядок работы судов в городах и районах зоны карантинного режима
SOCAR Turkey активно реализует проекты по газификации провинции Кайсери
МЧС Азербайджана обратилось к населению по поводу правил поведения на пляжах (ВИДЕО)
Глава ИВ Хачмазского района ознакомился с работами по обустройству в Аллее шехидов (ФОТО)
Завтра в Баку будет до 30 градусов тепла
В Азербайджане предпринимателям будет оказана финансовая помощь в размере 250 манатов
Первый день пляжного сезона на Абшероне - ФОТОРЕПОРТАЖ
В ВС Азербайджана начался летний период обучения (ФОТО)
Дебетовые карты от AccessBank со скидкой 50%!
Глава парламентского комитета Азербайджана: Глобальная динамика распространения коронавируса требует от нас осторожности
Все новости